работа

Личный опыт: как я работала учителем английского языка во Вьетнаме.

Вся правда о школах Вьетнама.

Сегодня во Вьетнаме существует серьёзная нехватка грамотных педагогов. В целом, в стране беда с образованием. По сравнению с Вьетнамом образование в России находится просто на великолепном уровне. В обучении иностранным языкам передовые школы и центры дополнительного образования пытаются идти в ногу со временем, но у них это получается далеко не всегда. Показателем высочайшего профессионализма у учителя является наличия сертификата TEFL (TESOL). Лично мне он не показался чем-то сложным и уникальным – я училась по более сложным программам, да и мой опыт преподавания уже почти девять лет.

Почему же они не могут подготовить свои кадры на высоком уровне? Зачем платить иностранцам в 3-4 раза больше, чем учителю-вьетнамцу? У вьетнамского учителя есть значительное преимущество: он владеет родным языком учеников и может доступно объяснить материал на нём. Но здесь это так не работает. Отчасти виной этому специфический азиатский акцент. Иногда на занятиях я не могла понять, какую букву называют мне не только дети, но и учителя-ассистенты. С фонетикой у них беда. С тобою вроде бы и на английском разговаривают, но разобрать эту какофонию странных звуков задача не из лёгких.

Вторая проблема – это тотальный провал в методике преподавания. В России сегодня довольно много грамотных педагогов. Возможно они не всегда работают в обычных общеобразовательных школах из-за низкой ставки, но вот в организациях дополнительного образования и в сфере частного репетиторства их хватает. Конкуренция среди репетиторов и частных языковых школ просто огромная, поэтому ты должен быть лучшим из лучших. Здесь просто нет понимания педагогики как науки, об особенностях возрастной психологии тут и не слышали. За примером далеко ходить не буду: в центрах, где я работала, занятия английским языком для группы детей 4-х лет длятся 2 часа! Все, кто хоть немного представляет себе маленьких детей, сейчас сказали: «чтооооооооо?!» Специальный бонус для педагогов: при этом строго запрещена игровая методика в работе с 4-летками. Да-да, можете покричать) Чаще всего языковые центры открывают те, кто вообще не говорит по-английски! Одним словом, эти дремучие люди пытаются делать бизнес в сфере того, о чём они не имеют ни малейшего представления.

Я работала в общеобразовательных школах и в частных языковых центрах. Есть вещи, которые вызывали у меня полнейшее недоумение. Например, организация учебного процесса. В классе было от 30 до 45 человек. Одно занятие длилось 1.5 часа, и на нём присутствовало от 3 до 7 (!!!) педагогов и работников школы.  Это отличительная черта вьетнамцев: они всё делают маленькими группами. Например, в ресторане вас встречает три девушки, провожает до столика два человека, обслуживает 2-4 официанта, а байк на пару метров откатывает специально обученный человек… Это было бы смешно, если бы не было так грустно: в языковом центре, где я работала, было 3 менеджера на ресепшн, 3 совладельца бизнеса, бухгалтер, старший менеджер и ещё толпа народа (в общей сложности человек 15!), а преподавателей было всего двое! Потом, когда моя коллега из ЮАР уволилась, я осталась одна. Вот уж воистину – один с сошкой, а семеро с ложкой…

Ситуация в частной школе была такой же. Я удивлялась: есть свободный персонал, кабинеты, учебные материалы… Почему же нельзя разбить класс из 45 человек хотя бы на две группы? Много ли можно выучить, занимаясь на головах друг у друга? Больше всего меня удивляло то, что я работала в необычайно дорогой элитной школе-пансионе с проживанием. Т. е. я обучала детей исключительно богатых родителей и они были готовы платить немалые деньги за некомфотную обстановку для своих детей. Более того, как мне объяснила моя вьетнамская ассистентка, учителя
вынуждены «рисовать» детям только положительные оценки. Даже если ученик спит на уроке (такие у меня тоже были), в конце четверти он всё равно будет отличником. Родители в курсе, их это устраивает.

Это многое поставило на свои места. Когда я звала к доске, просила записать новые слова в тетради или выполнить какое-нибудь несложное задание на меня смотрели как на инопланетянку – чего??? Работать??? При этом программа для 15-летних соответствовала уровню ребят 3-го класса. Многие из них не знают алфавита, не могут написать слово «мама» на английском языке, хотя учат язык уже по шесть-семь лет по углублённой программе.

Преподавать здесь можно только в состоянии «дзен» – иначе просто никак. О результативности не может идти и речи – тут работа может идти как процесс развития, за который вам, к счастью, достойно платят. Конечно, умом понимаешь, что нужно радоваться хорошей оплате, но… Червячок всё-таки грызёт. Хочется научить детей языку, заинтересовать, влюбить в него. Увы, работа учителем в общеобразовательной школе не принесла мне морального удовлетворения. В частных центрах работать было приятнее. В России, возможно, было бы тоже самое (я работала в частных школах и на себя), но особенности вьетнамского менталитета накладывают очень сильный отпечаток.

Всё это очень печально. Социалистический (на самом деле нет) Вьетнам похож на СССР в девяностые. Если они не изменят свой подход к жизни и работе, то Вьетнам ждёт судьба своего «старшего брата». Именно такая система образования формирует неправильный взгляд на мир. Зачем трудится и развиваться, если по итогу всё равно получишь отличную оценку?  Вьетнамцы довольно ленивы и необязательны. Нам с ними очень тяжело – совершенно другое мироощущение. Подробнее о вьетнамском менталитете я расскажу в своей следующей статье.

 

22. 02. 2018 года.

 

 

 

Добавить комментарий